Радиационная безопасность морских портов России при заходе и стоянке в них атомных судов в настоящее время портовыми властями не обеспечивается.

В конце марта 2013 года в плавдок ОАО «Мурманский судоремонтный завод морского флота» (далее- СРЗ МФ), для планового докования, был поставлен а/л «50 лет Победы».
Судоремонтное предприятие СРЗ МФ и принадлежащие ему плавдоки находятся, практически, в центре города Мурманска, в границах территории и акватории морского порта Мурманск.

Докование атомных ледоколов в плавдоках СРЗ МФ проводится на регулярной основе.

В настоящее время жители и гости города Мурманска имеют возможность полюбоваться, стоящим в плавдоке, самым мощным в мире атомным ледоколом, каким является «50 лет Победы». Ядерное судно находится в пределах реальной видимости у областного, транспортного и природоохранного прокуроров и у других правоохранительных органов.
Руководители области и города также имеют возможность ежедневно наблюдать атомный ледокол, стоящий в плавдоке СРЗ МФ.

Смотрится атомный ледокол «50 лет Победы», действительно, очень красиво.

Ну, а как обстоят дела с радиационной безопасностью морского порта Мурманск и прилегающей к СРЗ МФ центральной части города Мурманска во время докования ядерных судов? Это довольно длительный период. Разработаны ли мероприятия по защите работников порта и населения города Мурманска, в случае аварии на атомном ледоколе при стоянке в плавдоке СРЗ МФ?

В силу ч.3 ст.41 Федерального закона «Об использовании атомной энергии» (от 21ноября 1995 г. №170-ФЗ, в редакции от 25 июня 2012 г.), администрация морского порта, в который разрешён заход судов с ядерными энергетическими установками (ЯЭУ), должна располагать Планом мероприятий по защите работников порта и других лиц, находящихся на территории порта и в его акватории, в случае аварии на таких судах и обеспечивать, при необходимости, его реализацию (далее- Портовый аварийный план).

Ответственность за осуществление Плана мероприятий по защите населения в прилегающем к порту жилом районе, в случае такой аварии, Федеральным законом возлагается на соответствующие федеральные органы исполнительной власти.

Представляется, что ФГУ «Администрация морского порта Мурманск» не располагает Портовым аварийным планом в случае аварии на атомном ледоколе при стоянке в плавдоке СРЗ МФ.

11 марта 2013 года на сайте Минтранса России опубликован проект Обязательных постановлений в морском порту Мурманск, подготовленный при непосредственном участии капитана порта Мурманск-руководителя ФГУ «АМП Мурманск».

В проекте Обязательных постановлений нет ни слова о радиационной безопасности морского порта Мурманск при заходе и стоянке атомных судов.

Не определён порядок захода судов с ЯЭУ в морской порт Мурманск.

Ничего не сказано о наличии Портового аварийного плана в случае аварии на атомном ледоколе при стоянке в плавдоке СРЗ МФ. Содержание Плана отнюдь не секретно, наоборот, его должны знать, понимать и быть готовы осуществить в реальности все пользователи Обязательных постановлений. Если о Портовом аварийном плане нет ни слова, это, скорее всего, означает, что его нет.

В проекте Обязательных постановлений отсутствуют мероприятия по выводу аварийного атомного ледокола из плавдока СРЗ МФ и буксировке его на отдалённую якорную стоянку или к причалам ФГУП «Атомфлот». Вывести любой а/л из плавдока – это достаточно трудоёмкая и длительная операция. В плавдоке атомоход стоит на киль-блоках. Если такие мероприятия даже не предусмотрены, портовые службы, соответственно, не готовы к немедленному действию. В аварийной ситуации с атомным ледоколом это может стоить жизни и здоровья многим и многим сотрудникам порта.

В СССР вопросам радиационной безопасности морских торговых портов уделялось большое внимание.

Например, 12 июля 1985 года приказом начальника Мурманского морского пароходства №269/од был введён в действие «План мероприятий в случае аварии атомного судна в порту Мурманск».

Портовый аварийный план был разработан НИИ «Союзморниипроект» для атомного лихтеровоза «Севморпуть».

Оценочный расчёт уровней излучения, при нахождении аварийного судна (а/л «Севморпуть») у причала №14 торгового порта и при стоянке у причалов Базы 92 (сейчас ФГУП «Атомфлот»), был выполнен специалистами Центрального научно-исследовательского института имени академика А.Н. Крылова.

В настоящее время этот Портовый аварийный план потерял свою актуальность, так как уже не существует предприятий, указанных в Плане, да и а/л «Севморпуть» находится на отстое.

В Портовом аварийном плане отсутствуют также расчёты для случая аварии на атомном ледоколе при стоянке в плавдоке СРЗ МФ.

Морской порт Мурманск является базовым портом для гражданских судов с ядерными энергетическими установками. Если в морском порту Мурманск не нормируется радиационная безопасность порта, а администрация морского порта не располагает Портовым аварийным планом, то можно с уверенностью предположить, что и в остальных морских портах, куда разрешён заход судов с ЯЭУ, такое же положение дел.

Правда, есть исключение.

В 2011 году Кандалакшский транспортный прокурор обязал капитана морского порта Витино иметь Портовый аварийный план.

Для разработки такого документа, особенно, в части выполнения оценочного расчёта уровней излучения, при нахождении аварийного атомного судна в порту, необходимо иметь соответствующие знания в области ядерной физики. Например, расчёт распределения радиоактивных примесей в порту Мурманск при предполагаемой аварии на а/л «Севморпуть» был выполнен учёными ЦНИИИ имени академика А.Н. Крылова.

Капитан морского порта Витино, не являясь специалистом в области ядерной физики, разработал, утвердил и ввёл в действие «План мероприятий по защите работников порта и других лиц, находящихся на территории морского порта Витино и в его акватории, в случае аварии на судах с ядерными установками и радиационными источниками».

Расчёт и оценка радиационной обстановки, приведённые в Портовом аварийном плане (стр.17-29) прямого отношения к акватории и территории морского порта Витино не имеют. Например, на стр.25 Плана имеется таблица №8 «Уровень загрязнённости радионуклидами вод акватории». Таблица содержит фактические и допустимые данные о выбросах радионуклидов в Ирландское море с предприятий Селлафилда в Англии в 1998 году.

Можно предположить, что капитан морского порта Витино не читал Общих правил плавания и стоянки судов в морских портах Российской Федерации и на подходах к ним, и Обязательных постановлений в морском порту Витино.

На странице 13 Портового аварийного плана он пишет: «Порядок захода судов с ЯЭУ на акваторию определён «Общими правилами плавания и стоянки судов в морских портах и на подходах к ним» и «Обязательными постановлениями в морском порту Витино».
На самом деле, ни в первом, ни во втором нормативном правовом акте ничего не говорится о порядке захода судов с ЯЭУ на акваторию морского порта Витино.

Распоряжением Правительства Российской Федерации от 6 января 1997 г. №14-р
(в редакции распоряжения Правительства РФ от 06.10.2011 №1766-р) утверждён перечень морских портов Российской Федерации, в которые разрешён заход судов с ЯЭУ.
Таких морских портов в Российской Федерации уже пятнадцать.

Третью навигацию работают атомные ледоколы в морском порту Витино и на Балтике.
Атомные ледоколы регулярно заходят в морской порт Дудинка.
19 марта 2013 года из Мурманска вышел атомный ледокол «Таймыр», который работал затем в районе строящегося морского порта Сабетта (Обская губа).

В соответствии с ч.2 ст.41 Федерального закона «Об использовании атомной энергии» порядок захода в морские порты судов с ЯЭУ определяется нормативными правовыми актами и правилами, согласованными с органами государственного регулирования безопасности.

В настоящее время порядок захода атомных судов в морские порты Российской Федерации и обеспечение радиационной безопасности морских портов, при стоянке в них судов с ЯЭУ, регламентируется несколькими нормативными актами.

1 января 1983 г. Минморфлот СССР ввёл в действие «Правила по радиационной безопасности морских торговых портов СССР при заходе и стоянке в них ядерных судов»
(Инструктивные письма Минморфлота СССР от 9 июня 1982 г.№83 и от 31 августа 1982 г. №130).

Приказом Минтранса России от 25 мая 1998 г. №57 «О нормативных актах по вопросам деятельности атомного флота» эти Правила оставлены в действии.

1 июля 2004 г. постановлением Главного санитарного врача Российской Федерации от 11 февраля 2004 г. №5 введены в действие Санитарные правила СП 2.6.1.01-04 «Обеспечение радиационной безопасности портов Российской Федерации при заходе и стоянке в них атомных судов, судов атомно-технологического обслуживания и плавучих энергоблоков атомных теплоэлектростанций СПРБП-04».

Постановлением Технического комитета по стандартизации ТК 318 «Морфлот» от 15 ноября 2004 г. №19 утверждены «Правила по радиационной безопасности морских портов при заходе и стоянке в них судов с ядерными установками и радиационными источниками» (СТО 318.2.14-2004).

Существование трёх нормативных актов, регулирующих одни и те же правоотношения, создаёт правовую неопределённость и допускает их произвольное толкование капитанами морских портов.

В то же время, в силу ч.1 ст.5 Федерального закона «О внутренних морских водах, территориальном море и прилежащей зоне» (от 31 июля 1998 г. №155-ФЗ), правовой режим морских портов Российской Федерации является единым для всех портов России.

Кроме национальных правил, порядок захода атомных судов в морские порты, ограничения для захода в порты судов с ЯЭУ, радиационная безопасность морских портов, безопасность ядерных торговых судов нормируется международными конвенциями и кодексами. Например, Международной конвенцией СОЛАС- 74, Рекомендациями по безопасности портов при заходе в них торговых ядерных судов 1980 г. (приняты ИМО и МАГАТЭ), Кодексом по безопасности ядерных торговых судов 1981 г.

Учитывая изложенные обстоятельства, представляется, что Минтранс России не выполняет свои функции по нормативно-правовому регулированию в области радиационной безопасности морских портов Российской Федерации при заходе и стоянке в них судов с ядерными энергетическими установками.
Возможно, чиновники Минтранса России ждут, когда «грянет гром», и только тогда начнут что -то регулировать в данной сфере.

 Но в Кольском заливе Баренцева моря этот гром уже грянул!

29 декабря 2011 года на АПЛ «Екатеринбург», стоящей в плавдоке 82-го судоремонтного завода ВМФ (посёлок Росляково), произошёл пожар.

Есть основания предположить, что администрация 82-го СРЗ ВМФ не располагала Портовым аварийным планом в случае аварии на атомной подводной лодке, стоящей в плавдоке. Пожар пришлось ликвидировать специалистам МЧС, которые не знакомы ни с конструкцией АПЛ, ни с конструкцией плавдока.

В результате пожара, пострадали «лёгкий» корпус атомной подводной лодки «Екатеринбург» и первый отсек.
Если бы огонь проник внутрь так называемого прочного корпуса, где находились ракеты с ядерными боеголовками, торпеды и два атомных реактора, то в России могла произойти крупнейшая техногенная катастрофа.

Видимо, этот урок не пошёл впрок ни чиновникам Минтранса России, ни капитану морского порта Мурманск-руководителю ФГУ «АМП Мурманск».







ОТ РЕДАКЦИИ. Фальсификация расчёта и оценки радиационной обстановки в порту Витино при вероятной ядерной аварии – это уже что-то из области голливудских триллеров. Капитану порта Бородачёву впору проходить медицинское обследование, говорят, это помогает уйти от ответственности. Впрочем, отсутствие Портового аварийного плана в Мурманске – ничем не лучше. Увы, опасные инциденты с атомными ледоколами не просто возможны, они происходят на наших глазах. К примеру, приведённому Евгением Селюковым, можем добавить напоминание о достаточно серьёзной аварии на мелкосидящем атомном ледоколе «Вайгач» (см. у нас новости и фото «Пять с половиной часов горел атомный ледокол «Вайгач». Погибли 2 члена экипажа, один пострадал» от 15.12.2011 и «Вот так выглядит со стороны левого борта атомный ледокол «Вайгач» после пожара» от 18.12.2011). Сотрудникам порта Витино, куда заходил фонящий атомоход, об опасности просто не сообщили. А ремонтировался «Вайгач» здесь же, в Мурманске.
В связи с данной публикацией мы направляем обращения в Росатомфлот, Федеральную службу по экологическому, технологическому и атомному надзору, в Кандалакшскую транспортную прокуратуру и Северо-Западное Следственное управление на транспорте.