Двадцатого сентября лоцман Государственного унитарного предприятия Республики Крым «Лоцман-Крым» Андрей Колесников, фактически, в одиночку, по собственной инициативе, объявил, начал и провёл спасательную операцию у самого входа в порт Севастополь. Ему помогали обыкновенные настоящие моряки. Одни делали всё, о чём просил их Колесников, на свой страх и риск. Другие отказались выполнять бесчеловечные приказы с берега. Вот рассказ лоцмана: 

– Работаю лоцманом в Севастополе 12 лет. Сейчас – в ГУП РК «Лоцман-Крым». Ещё по военной службе на флоте имею свой счёт спасённых жизней. В Индийском океане мы спасли от верной гибели 54 человека, причём восемь женщин были ещё и в положении. Но с 20 сентября этого года имею право пополнить этот список на 15 человек. А вот лоцманская служба ФГУП «Росморпорт» совместно со службой капитана порта «Севастополь» могла утопить прямо на внешнем рейде города два небольших судна с 15 людьми на борту.

В этот день был шторм. Буксир «Шквал» в восемь часов утра прибыл на рейд Стрелецкой бухты, имея на стальном буксирном конце БГК-2150 (большой гидрографический катер проекта 19920 – прим. «В окияне-море»). По плану, буксирный караван должен был зайти в эту бухту.

 Агентирующая фирма обратилась к начальнику лоцманской службы Росморпорта Гречухину с просьбой завести караван в Стрелецкую бухту. Однако Гречухин даже не пытался решить этот вопрос и категорически отказал, поскольку бухта в ведении порта не находится, и его лоцманы к проводкам судов по ней не допущены. 

По закону всё было верно, но в это время было объявлено штормовое предупреждение, и погода портилась на глазах. Казалось бы: не можешь сам, ну, ладно. Но ты же должен понимать, что такое поголда на море. Что жизнь 15 человек реально подвергается опасности. Однако ни лоцманская служба ФГУП «Росморпорт», ни служба управления движением судов ФГУП «Росморпорт» в Севастополе, ни служба капитана порта в лице дежурных капитанов инспекции государственного портового контроля (ИГПК) в двух бухтах не предпринимали абсолютно никаких действий, чтобы укрыть буксирный караван от шторма, завести его в убежище.

Около половины одиннадцатого утра мне позвонил агент ООО «Альтернативный Севастополь». К этому моменту стало понятно, что шторм разыгрывается нешуточный, и нужно что-то предпринимать экстренно. Стандартная ситуация у нас в Севастополе: когда от работы отказывается «Росморпорт», обращаются к «Лоцман-Крым». 

От идеи постановки каравана в Стрелецкую мы сразу отказались, потому что по этой погоде буксир-спасатель прийти уже не мог. Я попросил диспетчера порта Алексея Сердюка срочно найти место – убежище от шторма. В одиннадцать часов я получил от него информацию о том, что свободен причал № 218 в бухте Камышовая. Я попросил его провести все согласования, а сам в машину и, ни в коем случае не нарушая правил дорожного движения, полетел в порт. 

Перед самым выездом я получил звонок капитана каравана с просьбой завести их в укрытие немедленно, потому что ветер 26 метров в секунду и волна до пяти метров делали шансы каравана на благополучие призрачными. Отказ машины или обрыв буксирного троса в такую погоду вели к гибели судов и людей. Ещё по дороге получил от диспетчера сообщение о том, что все вопросы согласованы, а буксирный караван уже идёт в сторону бухты Камышовой. Я получил по радио «добро» от дежурного капитана ИГПК и оператора СУДС (службы управления движением судов – прим. «В окияне-море»).

Большое спасибо диспетчеру порта. В приниципе-то, диспетчер – это хозяйственная деятельность, и он не обязан согласовывать вопросы безопасности. Но на сегодня в порту, вообще, нет главного дежурного, который бы брал на себя решение всех вопросов в комплексе. При этом служба капитана порта – совершенно отдельная структура, которая территориально находится в порту, но порту не подчиняется. Вместе с СУДС и лоцманскими службами служба капитана порта отвечает за безопасность мореплавания не только в порту, но и во всей зоне ответственности порта. Лоцманские службы подчинены капитану порта в вопросах безопасности.

Полгода назад в Севастополе была только одна лоцманская служба ФГУП «Росморпорт». Я уволился оттуда по собственному желанию и ушёл работать в ГУП «Лоцман-Крым», которая считается конкурентом Росморпорта.

Получив, таким образом, разрешение на проводку каравана, я в 11.45 вышел из бухты навстречу каравану на буксире «Севастополец». Но далее трёх кабельтовых от входа в порт мы отойти не смогли. Я дал команду капитану буксира «Шквал» поворачивать влево и идти на вход в порт, но в ответ получил доклад, что сделать это невозможно. Затем «Шквал» получил от меня команду немного сбавить скорость, потому что ветер в это время ушёл немного к западу и сносил караван к берегу. Вскоре караван принесло ветром в зону, где уже можно было развернуться, и «Севастополец» занял позицию рядом с БГК-2150.

Однако радость была недолгой. Около полудня в дежурной службе капитана порта и Росморпорта вдруг сообразили, что спасательной операцией в море управляет лоцман из ГУП РК «Лоцман-Крым». В 12.05 караван, находившийся в двух кабельтовых от входа, по радио получает команду от дежурного капитана ИГПК о том, что ему в порт заходить запрещается, затем эту команду в категорической форме повторили… Мне очень понравилась реакция команды нашего «Севастопольца». Капитан Владимир Кириченко сказал, что сначала спасём ребят, а потом пусть хоть выгоняют. Все, кто был на борту, его поддержали. 

И тут не выдержал капитан «Шквала». В эфире он сказал, что эти команды с берега выполнять не будет и идёт в порт. В 12.17 мы получили указание по радио от дежурного капитана ИГПК нам стоять и ждать лоцманский катер с лоцманом от Росморпорта – он, мол, будет заводить караван в порт методом лидирования. Надо быть больными на всю голову, чтобы при ветре до 20 метров в секунду в борт стоять и ждать затопления. Я уж не говорю, кем надо быть, чтобы в такую погоду прикидывать, кто с кем конкурирует и отдавать такие приказы.

Ждать мы, конечно, никого не стали, жизнь людей дороже, и, примерно, через 50 минут ошвартовались у причала в Камышовой бухте. 

Последним весёлым опусом от дежурного капитана ИГПК был запрос в эфире о месте нахождения лоцманского катера с лоцманом Росморпорта. Капитан лоцманского катера ответил: «Жду лоцмана. Он ещё не прибыл». Тут бы нам и посмеяться, и порадоваться, что мы не выполнили команду стоять и ждать. Но только как можно смеяться над отсутствием у росморпортовцев в порту дежурного лоцмана? 

Когда всё закончилось, исполняющий обязанности капитана порта Румянцев пытался заставить нас писать объяснительные, однако участники спасательной операции просто отказались.

Считаю, что начальство Росморпорта в данной ситуации повело себя безответственно. После событий 20 сентября порядочные люди на их месте просто сняли бы с себя погоны. Впереди зима и штормы. С такими руководителями обе службы – капитана порта и Росморпорта – перетопят кучу пароходов.

На фото: гидрографический катер БГК-2150 (верхний снимок) и буксир «Шквал» штормуют у входа в порт Севастополь. Фотографии авторские.