Говорят, они начнутся прямо с грядущего понедельника.

Все новости
Сегодня министру экономического развития Максиму Орешкину сильно икалось
26.09.2019
В Госдуме обсуждали законопроект № 762700-7 «Об исполнении федерального бюджета за 2018 год». И, в частности, предложили вывести Росстат из подчинения министерству экономического развития. Чтобы прекратить «подкручивание» цифр роста экономики Российской Федерации. Предлагаем читателям «В окияне-море» стенограмму выступления председателя Комитета Госдумы по бюджету Андрея Макарова.

Макаров А. М. Спасибо.

Уважаемый Александр Дмитриевич, уважаемые коллеги! Очевидно, что 2018 год, представленный закон, который мы сейчас рассматриваем, они на самом деле абсолютно разные темы обсуждения. Если касается закона, то можно было бы ограничиться словами Алексея Леонидовича (Кудрина, председателя Счётной палаты – прим. «В окияне-море») том, что цифры достоверны, подтверждены, потому что на самом деле это закон о подтверждении тех цифр, которые были в бюджете. Да, они достоверны, да, анализ проведён, закон надо поддерживать. Наверное, именно поэтому этот закон принимается в одном чтении, а не в трёх, потому что мы просто проверяем то, что было в этом году. Но сейчас, наверное, модно выходить за рамки обсуждения того закона, который рассматривает Государственная Дума, я последую, наверное, по тому пути, который избрали и Антон Германович, и Алексей Леонидович, тем более вчера состоялось очень серьёзное обсуждение на фракции "ЕДИНАЯ РОССИЯ" этого закона. И, наверное, все-таки поговорим... для нас это, может быть, самое главное сегодня, вот эти цифры, тот анализ, который проведён, дают возможность проанализировать состояние нашей экономики, дают возможность поставить задачи, которые нам предстоит решать уже в следующем бюджетном цикле, дают возможность определить, что нам надо доделать в 2019 году, для того чтобы новый трёхлетний цикл начал работать с 1 января, а не так, как у нас иногда бывает, начинает работать со второй половины года. Вот, строго говоря, именно это я и хотел бы предложить, но для начала результаты, они понятны.

Первое. В очень сложных, реально в очень сложных условиях — разнонаправленного развития экономики, в условиях санкций, давления, очень сложных экономических процессов, которые происходят в мире, — страна сходит с нефтяной иглы. Я хотел бы, чтобы просто показали слайд, вот он, и так далее, мы видим, что за четыре года у нас 4,8 процентных пункта — снижение нефтяной зависимости. Нефтяная зависимость, у нас ненефтегазовый дефицит — 6,1 процента. Почему это стало возможным? Потому что почти на 15 процентов в 201 8 году выросли ненефтегазовые доходы. Следующий вопрос. Вот в 2018 году колебания цены на нефть были, доходили, превышали 30 долларов. Строго говоря, мы видели. Вот эта черта, мы видим, это колебания курса рубля, то есть то, что очень беспокоит население, то, что возникают всегда вопросы, что происходит. Посмотрите, страна адаптировалась к изменениям цены на нефть. Это очень важный фактор, и здесь, безусловно, его надо иметь в виду. Вы знаете, на самом деле перед тем как перейти к анализу других составных частей нашей экономики, я хотел бы сказать, что это был и бюджет для людей. Потому что, наверное, не стоит забывать, что построено 26 новых школ, 29 детских технопарков "Кванториум", почти 20 тысяч дворовых территорий улучшено, почти 4 тысячи - это общественные территории, парки. Вот это реально решенные задачи. Ну опять же на 8 процентов снизилось число безработных. Результат? Да, результат. Снизилась смертность, скажем, от болезней системы кровообращения и от туберкулеза. За счет этого выросла продолжительность жизни. Вот это можно перечислять.

Но, наверное, нам сейчас лучше, всё-таки, поговорить не о том, что сделано, тем более это было сделано в 2018 году, а о том, что сделать предстоит. И поэтому я хотел бы перейти к государственному долгу субъектов Российской Федерации, тем более этому сейчас было посвящено. Посмотрите, он действительно, государственный долг, вот я показываю этот график, государственный долг начал сокращаться. Понятно, что это ещё не то, что нам хотелось бы как итог. Но то, что наметилась тенденция, мы впервые имеем реальное снижение, это факт, на который нельзя не обратить внимание. Опять же мы видим, по каким регионам это не происходит, мы видим, по каким регионам это происходит. Но я хотел бы обратить внимание на то, что сейчас звучало о дефицитах дефицитных регионов и дефиците, профиците региональных бюджетов. Посмотрите на него. Вот это те цифры, о которых сейчас говорил министр, говорила Счётная палата, вот как он распределяется. А вот дальше нам нельзя ограничиваться поверхностным анализом вот этих, безусловно, положительных цифр. Давайте посмотрим следующий слайд, который говорит об инвестициях. Об инвестициях на федеральном уровне. Тем более вот вчера, например, президент говорил, что это главная задача для обеспечения экономического роста. Посмотрите, у нас с вами 2018 год, на федеральном уровне снижение инвестиций, оно происходит. Более того, если мы посмотрим с вами, мы выходим реально... мы возвращаемся в ту точку, с которой мы начинали рост. Это очень тревожный симптом.

Но еще более важно в этой ситуации проанализировать следующий слайд, как обстоят дела с инвестициями в расходах консолидированных бюджетов. И тут мы видим, что они падают, падают очень серьезно. То есть посмотрите, 2018 год — это еще более серьезное проседание инвестиций в региональных бюджетах. Почему это происходит? Наверное, тоже надо ответить на этот вопрос. И вот анализ закона позволяет на этот вопрос ответить. Ведь расходы регионов увеличились на 1,1 триллиона рублей. То есть нельзя сказать, что инвестиции падают, упали расходы. Нет, они увеличились на 1,1, это почти 10 процентов, 9,9. Расходы на выплату заработной платы увеличились на 14,7 процента.

И в результате мы с вами видим, что расходы инвестиционного характера сокращаются, деньги ушли из инвестиций, выполнение социальных обязательств регионов. 2018 год - это год подведения итогов, выполнение указов 2012 года. И, очевидно, в данном случае у регионов не хватало средств на инвестиционные расходы, они потратили их на социальные расходы. Теперь давайте посмотрим, может быть, в данном случае проблема опять же некорректного расходования средств регионов. Дайте, пожалуйста, следующий слайд. Мы говорим о том, что доходы регионов растут. Это абсолютная правда. У нас с вами произошло увеличение доходов почти на 2, 1 триллион 634 миллиарда, 15,2 процента рост доходов в субъектах. При этом у нас, если... Ну, основные, это налог на прибыль вырос на 22,8 процента. То есть это и состояние экономики, это состояние предприятий. И на 12,4 вырос подоходный налог, тоже база регионов. Но, как они распределяются, посмотрите. НДФЛ у нас с вами 55 процентов приходится на десять крупнейших регионов, а на остальные только 45 процентов, а налог на прибыль на десять крупнейших регионов приходится вообще 57 процентов, то есть неравномерность очень серьезная.

Да, огромные остатки нецелевых бюджетных средств на счетах регионов, они ничем не связаны, они могут их тратить, но мы понимаем, что эти средства в первую очередь находятся, сосредоточены в трех—пяти регионах, а в остальных эти резервы, тот необходимый резерв, у них же нет Фонда национального благосостояния, они должны иметь эти средства, для того чтобы в случае необходимости иметь возможность их оперативно использовать.

Ну и, наконец, отсюда возникает вопрос, который звучал, — это дифференциация социально-экономического развития регионов. Мы видим с вами, что ВРП на душу населения в 2017 году, разница более чем в 12 раз. Я говорю о 2017 годе, к сожалению, практически эта ситуация не изменилась. Если мы посмотрим с вами среднедушевые доходы граждан за 2018 год, разница, а это граждане, разница в 3 раза. А ведь я напомню, что у нас граждане-то по Конституции имеют равные права, независимо от того, в каком регионе Российской Федерации они проживают, а это и право на соответствующее образование качественное, и на медицинскую помощь. И очевидно, что вот это неравенство регионов приводит к неравенству граждан, которое на самом деле транслируется и вот переходит в неравенство в получении обязательств.

Ну и, наконец, коллеги, я просто дал картину, которая есть, и это вопросы, которые нам скорее предстоит решать. Я повторяю, очень много достижений, просто эти достижения, не надо забывать о тех проблемах, которые остались.

Ну и, наконец, эффективность государственных программ. Об этом уже говорили, и я хотел бы показать эффективность государственных программ, то, что сейчас говорил Алексей Леонидович. Если вы посмотрите с левой стороны, это то, что нам дает Минэкономразвития, которое, кстати, отвечает за государственные программы. Вот если убрать пятую... правую сторону этой картинки, у нас все великолепно просто, да вообще никаких проблем нет. А вот если взять правую сторону (это данные Счётной палаты), мы с вами увидим, что на самом деле ситуация обратная.

А нас это волнует сегодня не потому, что... Мы говорили о качестве государственных программ очень много, нас волнует это, потому что в государственные программы погружены национальные проекты, и насколько эффективно они будут работать, зависит, будут ли достигнуты национальные цели. Сегодня это лишь одна из разновидностей бюджета, то есть министерства перекладывают ответственность на финансовый блок и не занимаются... Можно добавить время? Извините, просто у меня еще вопрос, который очень важен для...

Председательствующий. Добавьте время.

Макаров A. М. Извините меня, Вячеслав Викторович.

Поэтому в данном случае просто перекладывается ответственность и вместо того, чтобы заниматься политикой в своей сфере, мы пытаемся делить деньги.

На самом деле очень интересно, что вот то, что сказал Алексей Леонидович, почти 700 миллиардов у нас не выбираются. С другой стороны у нас добавляются средства на такую же сумму, но показатели программ не меняются, ни один показатель не изменился. То есть выполнение госпрограмм, то есть вот та картинка, которую я сейчас представил, то, что и должно делать Министерство экономического развития, они на самом деле от денег вообще, как показывает отчет бюджета, не зависят.

Ну и, наконец, последний вопрос, потому что он действительно очень важен и возник практически случайно.

Мы посмотрели и вдруг увидели разницу между фондом оплаты труда по данным Росстата и ФНС. Казалось бы, ну, какое значение. Стали, естественно, проверять. Вот фонд оплаты труда и фонд заработной платы, они напрямую влияют, напрямую, я подчеркиваю, влияют на экономический рост. Потому что методика, которая утверждена тем же Минэкономразвития, напрямую включает, кстати, там мультипликатора два, то есть вот эти данные можете смело умножать на два.

И вот если мы берем с вами эти данные, мы увидим с вами, что по итогам в 2018 году по данным Минэкономразвития рост фонда оплаты труда составил 11,3, а вот по данным НДФЛ формы 2-НДФЛ, то есть фактическое исполнение 8,3 процента.

Почему такое возникает? Да просто, потому что, оказывается, данные статистики, которые берутся за основу в Минэкономразвития, они берутся не из фактических данных, а из опроса предпринимателей и потом переноса вот этого опроса на всю страну.

А вот теперь, как в таких случаях говорят, следите за руками, а точнее вот на этот слайд. У нас с вами в течение 2018 года этот показатель в прогнозе Минэкономразвития менялся пять раз. Помните, как в "Поле чудес", угадал все буквы - не смог прочитать слово.

Вот в данном случае, это тот случай, когда мы видим с вами, если мы посмотрим по анализу, это идёт подгонка под другие показатели вот этого конкретного показателя статистики.

Наверное, может быть, это и не стоило бы об этом говорить, но разница, поскольку 2018 год ложится в основу 2019 года и того прогноза экономического развития, который мы будем с вами рассматривать в трёхлетнем бюджете, на сегодняшний день превышает 1 триллион рублей. Умножьте его на два. Я повторяю, это факт. Это не вопрос и предположение. И вдруг неожиданно у нас получаются совершенно другие цифры экономического роста. Отсюда возникает вопрос: как мы получили в конце 2018 года вот этот рост — 2,3 процента? Мы попросили, когда комитет рассматривал, чтобы Министерство экономического развития представило нам пофакторный анализ роста 2,3 процента. Сегодня идёт пленарное заседание Государственной Думы, эти цифры нам так и не представлены. Поэтому пока в данном случае могу констатировать только одно - этот рост, с точки зрения его обоснованности, означает только передачу управления статистикой Министерству экономического развития, поскольку на данных... и мы рассматривали вопросы, связанные с Росстатом, это был очень серьёзный анализ, который дали на Совете Государственной Думы, вот в этих цифрах мы на самом деле не видим всего того, что действительно делает Росстат, идёт подгонка данных Росстата под нужный результат. Поэтому, может быть, одним из основных выводов обсуждения отчёта об исполнении бюджета, может быть, всё-таки поднять статус Росстата и вернуть его под управление непосредственно правительству, чтобы никакое ведомство не могло использовать эти данные для достижения своих целей. (Аплодисменты.)

Коллеги, поверьте, мы были бы рады получить цифры, отчёты о том, что наши данные не соответствуют действительности. К сожалению, мы проверили, это всё по факту, это подтверждается данными Пенсионного фонда, данными налоговой службы и данными фактического исполнения по 2019 году.

Коллеги, я говорю это не для того, чтобы кого-то обидеть, но просто вчера мы услышали, что целевые показатели... А ведь мы когда говорим сегодня - это отчёт и о работе над указом президента 2012 года, как будет, вот сегодня Антон Германович говорил как раз о создании механизма, как много сделано, чтобы вот это теперь было реализовано всё в рамках национальных проектов. Вчера мы, к сожалению, вновь услышали: "Целевые показатели, они взяты не из воздуха, они проистекают из указа президента, недостижение этих показателей в отдельных регионах будет означать недостижение в целом по стране". Максим Станиславович Орешкин вчера.

Коллеги, означает только одно — это попытка переложения ответственности с себя на регионы. Все регионы говорили, что эти цифры с ними не обсуждались. Никто не просто не против, все говорят, что мы будем выполнять, но все эти цифры на сегодняшний день сделаны без увязки с конкретными возможностями регионального развития.

И нам, безусловно, предстоит вот все эти вопросы ещё раз обсудить как в ходе уже 2019 года, обсуждая национальные проекты, так и, безусловно, в ходе обсуждения трёхлетнего бюджета. Поэтому мне бы хотелось просто попросить всех коллег из профильных комитетов: у нас должен быть совершенно другой уровень обсуждения государственных программ и погруженных в них национальных проектов.

Вот это то, что Государственная Дума и то, что парламент может сделать для того, чтобы действительно национальные проекты реализовывались успешно, а цели, поставленные президентом, безусловно, выполнялись. Спасибо.

 

ОТ РЕДАКЦИИ. «В окияне-море» сомневается в том, что Максим Орешкин в порядке личной партизанщины подгонял данные Росстата  «под нужный результат». Кому же понадобился такой результат? Самому министру экономического развития, что ли?.. Ради каких целей, в таком случае, он решился всех обмануть?.. Мы уверены в том, что 2,3 процента – согласованная мысль Правительства РФ. Орешкин – простой исполнитель. Почему эту цифирь не согласовали с Государственной Думой – вопрос политический. Может, потому, что в очевидно недостоверные 2,3 процента роста уже вцепились изо всех сил представители оппозиционных фракций, и о них ещё до начала заседания доложили журналистам и Валерий Гартунг из Справедливой России, и Вера Ганзя из КПРФ. Но возможна и другая причина. Максима Орешкина однажды уже сделали мальчиком для битья. Пригласили на Правительственный час – отчитаться перед депутатами о тяжёлой жизни малого бизнеса в стране. Министр экономического развития, как положено, прошёл предварительные собеседования во фракциях, везде ему включили зелёный свет. А на заседании палаты стали спрашивать обо всём – в том числе, об исполнении национальных проектов. В результате – это на нашей памяти единственный подобный случай – Орешкина отправили заново готовиться к Правительственному часу. Не исключено, что действующего министра экономического развития готовят к роли виноватого во всём. Он ведь отвечает за экономическое развития России! Если так, то сегодня мы наблюдали второй акт политического балета.  




Добавление комментариев:
Имя
Текст
Ввведите ответ на контрольный вопрос в синем поле:
В синее поле введите "2015" без кавычек.


Материалы рубрики
Коринфский канал — бесшлюзовый судоходный канал в Греции, который действует с 1893 года. Он соединяет залив Сароникос Эгейского и Коринфский залив Ионического морей. Прорыт через Коринфский перешеек, соединяющий полуостров Пелопоннес с центральной частью Греции. Название получил в честь города Коринфа, расположенного у западной оконечности канала.
«Правительство России, на каждом шагу декларируя необходимость повышенного внимания к нуждам северян, руками своих чиновников сводит благие намерения к нулевому, а зачастую, и к отрицательному результату», – пишет независимое мурманское Информационное агентство «СеверПост».
В пятницу, 11.10.2019, перевозчик сырой нефти, Crude Oil Tanker SABITI, IMO: 9172040, флаг Иран, длина 274 метра, ширина 48,03 метра, год постройки 1999, в грузу, судовладелец Национальная нефтяная корпорация Ирана (NIТC), следовал в направлении Суэцкого канала.
Вчера Всероссийская ассоциация рыбохозяйственных предприятий, предпринимателей и экспортёров (ВАРПЭ) на своём сайте заявила, что готова принять участие в разработке мер и предложений по пересмотру условий соглашения о «линии Шеверднадзе-Бейкера».
«Для судовладельцев и операторов флота сложно соблюсти баланс между проведением регулярных осмотров и немалыми расходами на них», – сожалеют представители датской судоходной компании NORDEN.
121304 г.Москва, ул.Большая Бронная, д.23, стр.1. Телефон: + 7 (495) 972-30-40; факс: + 7 (495) 972-31-41; +7 926 378-28-38;e-mail: vs@publicsea.ru
Свидетельство о регистрации средства массовой информации ИА № ФС77-41692 от 30 августа 2010 г.
Выдано Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций (Роскомнадзор).