Говорят, они начнутся прямо с грядущего понедельника.

Все новости
Прошлогодний снег?.. Увлекательная статистика по Камчатке или лососёвый рекорд 2018 года – сорванный и спрятанный в лесу
25.05.2019
Красная путина в текущем году начнётся в те же сроки, что и в прошлом (см. у нас новость «Лососёвая путина 2019 года на Камчатке стартует 1 июня» от 21.05.2019). То есть, через неделю. Самое время задать вопросы, которые возникли по окончании рыболовного сезона 2018 года – самого удачного за последние 110 лет. Например: кому был нужен беспощадный, но бессмысленный и безрезультатный скандал вокруг прошлогодней камчатской путины – федеральным структурам для коллекции компромата на региональное руководство? Или, наоборот, это, делалось с подачи региональных структур, не заинтересованных в освещении реального положения дел с выловом рыбы?.. Кто вводил в заблуждение Президента России, а, значит, и нас с вами, уважаемые читатели «В окияне-море»?.. И ещё, главный статистический вопрос, на который тоже нет ответа: сколько, в действительности, выловили лососёвой рыбы на Камчатке летом 2018 года?

Если ставится цель скрыть истину, то надо перемешать правду и откровенную ложь таким образом, чтобы невозможно было отделить одно от другого.

Вот содержание типичного сообщения в СМИ период начала камчатского скандала:

http://www.chaspik41.ru/news/rosselhoznadzor-zayavil-nelegalnom-vyivoze-s-kamchatki-56-tonn-ikryi-ezhenedelno/ 

В конце осени прошлого года, цитируем, «Россельхознадзор вскрыл пути нелегального вывоза с Камчатки икры лососёвых. Предназначенные якобы для личного пользования партии превышают 56 тонн и вывозятся самолетами в качестве багажа, сообщил журналистам руководитель ведомства Сергей Данкверт.

«У нас не урегулирован такой вопрос, как икра для личного потребления. Под видом «для личного потребления» с Камчатки и Сахалина вывозится огромное количество незаконно добытой икры», — заявил он.

По словам чиновника, злоупотребление помогла выявить электронная ветсертификация. После того, как начала действовать эти система, Россельхознадзор получил от налоговиков список производителей икры, которые, не могли доказать документально, откуда у них взялась икра. «Значит, незаконный вылов, значит незаконное перемещение и невыплаченные налоги. Потому и реализуют как для личного потребления», — заявил Данкверт.

По данным Россельхознадзора, икра лососевых вывозилась в пластиковых ведрах по 25 килограммов под видом багажа. При этом сотрудники авиакомпаний нередко пользовались служебными преференциями, оформляя служебные билеты на челночные рейсы на Камчатку для покупки и перевозки икры.

Только  за октябрь 2018 года объём багажа пассажиров по направлениям на Москву, Новосибирск, Хабаровск, Владивосток, по сравнению с октябрем 2017 года, вырос на 49% и составил 753 тонны. И только за  последнюю неделю октября,  с 22 по 28 число, объём лососевой икры, отправленной багажом в этих направлениях, составил от 50 до 65 тонн.

По оценке Россельхознадзора, объём нелегальной икры, отправляемой с Камчатки нелегальным способом, составлял, в среднем, 35% от икры, которая отправлялась из региона коммерческими партиями, прошедшими все процедуры государственного ветеринарного надзора».

Так можно было бы начать наше независимое расследование, если не принимать во внимание сам факт появления икры в аэропорту города Петропавловск-Камчатский.

Хотела бы проинформировать читателей «В окияне-море» о том, что красная икра в нашей стране может быть нескольких, так сказать, категорий. Легальная (официально выловленная), с которой выплачиваются налоги, полулегальная (икра прикрытая документами до места реализации), с продажи которой налоги не платят, чисто браконьерская – эта вывозится с Камчатки к месту назначения творчески, то есть – как получится. Выискиваются прорехи в законодательстве, а затем – дело техники. Есть ещё подпорченная икра и икра фальсифицированная.

Также существует множество способов по вывозу как икры легальной, так и неучтённой. И, перекрыв один канал доставки, невозможно остановить весь поток. К тому же, попав в руки перекупщиков, деликатес становится недоступным для правоохранительных органов. Как отличить официальную икру от браконьерской, если обе вывозятся в одном самолёте или на одном пароходе?..

А теперь попробуем выяснить, сколько рыбы выловили год назад в Камчатском крае, в действительности. Насколько удачной была рекордная красная путина, на самом деле. По понятным причинам, точных данных нам не получить, но приблизительно мы сможем вычислить этот секрет самостоятельно. Как известно, до 80 процентов информации  «штирлицы» разного рода получают из открытых источников.

Возьмём, в частности, публикацию от 10 сентября 2018 года под названием «Продовольственная диверсия…»: 

https://altapress.ru/proisshestvija/story/prodovolstvennaya-diversiya-kamchatka-usipana-tonnami-gniyushchego-lososya-s-ikroy-228078  

По тексту приводятся официальные (так заявило издание) статистические данные:

«Российские рыбопромышленники добыли уже почти 600 тысяч тонн тихоокеанских лососей — это на 63% больше показателя за предыдущий период. Рекордный улов направится в регионы страны, на внутренний рынок уже отправлено порядка 100 тысяч тонн красной рыбы, сообщает ИА PrimaMedia.

Вылов горбуши превысил 484 тысячи тонн, кеты — 56 тысяч тонн, нерки — 42,3 тысячи тонн, сообщают в Росрыболовстве.

Все рекорды по вылову бьет Камчатский край: добыто почти 477 тысяч тонн лососевых, что в два раза больше предыдущего показателя (в 2016 году было выловлено 223 тысячи тонн). Подходы лососевых на Камчатке позволили полностью загрузить мощности рыборазводных лососевых заводов. Начаты авиаобследования нерестилищ горбуши рек Западной Камчатки. Особое внимание уделено реке Камчатка, где продолжается нерестовый ход кеты и кижуча.

На Чукотке объём вылова составляет 2,8 тысячи тонн, что на 86% больше аналогичного периода 2016 года».

Прочитав эту сводку, человек, не имеющий собственной информации, не может понять: где правда и где – попытка скрыть настоящую правду.

Цифры-то ответственные государственные структуры выдавали не для камчатских жителей (им реальная ситуация известна), а в расчёте на то, чтобы заткнуть рот тем, кто осмелится критиковать власти разных уровней за сорванную, по-настоящему рекордную, путину 2018 года – в масштабах России.

Но самый главный адресат этой информационной операции прикрытия – Президент страны. Пока летняя путина прошлого года всем – и рыбопромышленникам, и рыбоначальникам – сошла с рук. Но история с красной рыбой-2018 ещё слишком свежа, ещё не канула в лету. И вполне могут найтись люди, которым окажется выгодно накапать Путину В.В. про массовый обман с количеством выловленной рыбы.

Недаром губернатор Камчатского края Владимир Илюхин назвал провокацией видеоролики с тоннами непоротой рыбы (то есть, не потрошёной, прямо с икрой – прим. «В окияне-море»). Валяющуюся рыбу запечатлели не в море, а  в лесу. Цель провокации, по словам Илюхина, – испортить имидж края.

Чувствуете губернаторский замах? Ему предъявляют видеофакты, а он говорит – провокация. И беспокоится только об одном – что эти факты могут подмочить ему, Илюхину, репутацию.   

То, что нерестилища были переполнены производителями, вызывает сомнение.

Потому что, несмотря на огромные подходы рыбы, доказательства заполнения нерестилищ, хотя бы, самым массовым и самым дешёвым лососем – горбушей – отсутствуют.

Доказательства выброса рыбы налицо – и в море, и на морском берегу, и вдоль дорог, и в лесу. Но нет ни одной видеосъёмки переполненного нерестилища. А это, поверьте на слово, зрелище это ещё более печальное, чем заплывшая в лес рыба!

Я живу на реке Камчатке, и у нас нерестилища как были до путины, так и остались пустыми. Причин две: во-первых, пустота означает, что рыбу дальше устья не пропускают, ни единого производителя. И, во-вторых, – что популяция лосося на Дальнем  Востоке серьёзно подорвана. Чтобы спасти красную рыбу от поголовного уничтожения человеком, необходимо объявлять мораторий по добыче лосося на внутренних реках.

По подсчётам независимых экспертов, объём загубленной прошедшим летом красной рыбы равен объему выловленной. Если выловили 500 000 тонн, то и выброшено было столько же.

Да, цифры очень большие, и по этой причине вдвойне обидно тем, кто мог бы выловить и переработать эту рыбу. Я говорю, конечно же, в первую очередь, о нас, коренных жителях Камчатки. Отнятая у природы и не использованная, а выброшенная рыба – это плевок в лицо нам. Ещё оскорбительнее, чем выливание молока на землю американскими, европейскими, индийскими и прочими фермерами.

Цифры по загубленной рыбе взяты не с потолка, а подсчитаны по икре – икры должно быть 5 процентов от объёма выловленной рыбы.

И наоборот, ожидаемый выход икры можно подсчитать «от рыбы».

И вот в этом месте у официальной статистики происходит нестыковка. Икры в 2018 году оказалось значительно больше, чем должно быть, если верить официальным данным по вылову лосося!

Но если икра есть, и она не понятно, откуда взялась, становится понятно другое: что с показателями по вылову рыбы не всё в порядке.

Объяснение, что икра неизвестного происхождения – браконьерская, является верным лишь отчасти. Жителям Камчатки общеизвестно, что на полуострове не осталось ни одной реки без надзора и ловить самовольно – себе дороже. Кто-то, конечно, всё равно, идёт на риск. Но объём 56 тонн икры в неделю, о котором говорил Данкверт, все браконьеры Камчатки, вместе взятые, на себе никогда не вытянут!

Правильное объяснение: вся добываемая икра имеет «крышу» и по этой причине избегает ареста во время транспортировки.

«Крыша» – это кто?

Ну, точно-то сказать мы, опять же, не сможем, документов, которые устроили бы суд, у нас под руками нету. Но запустить механизм логического анализа сумеем. Более того, имеем такое право.

У кого в руках все основные рыбопромысловые участки?.. У крупных рыбопромышленных компаний.

Кто живёт «вась-вась» с региональными властями?.. Крупные рыбопромышленные компании.

Кто встал на защиту крупных рыбопромышленных компаний, когда в сеть посыпались ролики с красной рыбой в лесу и на дорогах, а полицейские вынуждены были начать фиксацию массовых выбросов ценного водно-биологического ресурса?.. Региональная власть!

Министр рыбного хозяйства края Владимир Галицын (теперь уже – бывший) не постеснялся привести аргумент, рассчитанный на подростковую группу детского сада. Он заявил, что крупные рыбные предприятия не имеют отношения к этим инцидентам, так как «им не выгодно выбрасывать рыбу». 

Кто же это сделал, в таком случае? Местные жители, которым не за выброс, а за вылов даже одной рыбины грозит уголовное преследование?.. Или браконьеры? Но где же вы, Владимир Михайлович, видели таких браконьеров, которым выгодно раскидывать добытую в трудах и опасностях рыбу по лесам, по обочинам дорог?

Делаем вывод: икра, не облагаемая налогом, есть продукт дополнительного дохода рыбопромышленных компаний и властных структур. Весь период «исторического принципа» вылова лососёвых пород рыб нарабатывалась технология ухода от налогов. И, доведённая до совершенства, успешно реализовалась и в рекордном 2018 году.

Почему у государства не получается остановить поток нелегальной икры?

Все объяснения «по-белому» при ближайшем рассмотрении рассыпаются в пыль.

Внутренне непротиворечивая причина видится только в одном: потому что те, кто обязан охранять государственные интересы, попросту распродают их.

Разгадка прошлогодней камчатской игры «рыба – сама по себе, икра – сама по себе» такова.

Подход рыбы был таким, что крупные рыбопромышленники быстро сообразили: всю квоту можно выбрать на одном-двух серьёзных промысловых участках. Просто не допустить ни единую рыбину до нереста – и всё.

Для бизнесменов такого уровня – никакая не беда, что при этом нарушается природный биологический баланс.

Например, Ассоциация рыбопромышленных предприятий реки Большая возложила на себя ответственность за обеспечение сохранности популяции лосося в этих местах.  В действительности, получился полный провал, и возникла необходимость оправдываться и врать.

С «лишними» участками, крупный рыбный бизнес поступили как рантье – сдал их в аренду.

А субарендаторы стали делать свой бизнес: рассказывать сказки типа «горбуша увязла в заиленном грунте лиманов и погибла».

При этом  нелегальная икра полезла изо всех щелей!

Есть ещё одна категория пользователей водно-биологических ресурсов, которая требует тщательного разбирательства. Тема довольно щекотливая, но обойти проблему стороной мы не имеем никакого морального права.

Общины коренных малочисленных народов Камчатского края имеют статус некоммерческих организаций. Очень удачная правовая форма для развития и наших народов, и нашего региона, и всего Дальнего Востока. Но не складывается по каким-то причинам задуманное. Государство честно выполняет свои обязательства перед малочисленными народами, а развития традиционных видов деятельности как не было, так и нет.

Существует целая Государственная программа развития коренных малочисленных народов на которую государство выделяет огромные средства и ресурсы. А эффект почти нулевой. «Выжали» на обочину целеустремленных представителей коренных народов, а на их место поставили так называемую «грязь из-под ногтей», готовую ради своего благополучия предать традиции своих народов

http://express-kamchatka1.ru/sobytiya/11610-aborigeny-yuga-kamchatki-schitayut-chto-na-kamchatke-na-litso-pri-znaki-rasizma.html  

И вот они начали отстраивать особняки, покупать дорогие машины, отдыхать за рубежом и красиво жить. Всё, что угодно, – только не развивать традиционную деятельность.

Без надлежащей «крыши» этого не могло бы случиться. Деньги пришлось бы вернуть государству, а что дальше могло с этими людьми произойти – не хочется даже догадываться.

По этой причине у богатых представителей КМНС, как родимое пятно, – нежелание сотрудничать со Счётной палатой РФ. Этот контингент так же, без сожаления, выбросит рыбу в грязь, да ещё и затопчет.

А нормальных людей из числа коренных народов даже прошлым летом не подпускали к местам вылова рыбы. Настоящая причина была в том, что через них могла выйти наружу информация об истинных масштабах рекорда и беды, постигших Камчатку.

На Камчатке живёт и работает много честных и порядочных людей. И к тем, кто не причастен ко всему вышеописанному, просьба: не принимать вышесказанное на свой счёт.

Есть у нас и рыбопромышленники нормальные – и крупные, и не очень. И общины есть такие же. 

Но противовес им очень уж велик и тяжёл. Поток красной икры 50-65 тонн в последнюю неделю октября 2018 года говорит сам за себя.

И без поддержки региональных властей этим браконьерам в законе было бы не возможно успешно осуществлять ежегодный рейдерский захват красной рыбы на Камчатке – в том числе, и в прошлом рекордном году.

Одна из форм поддержки – стандартный ежегодный документ, который в обиходе называется протокол о закрытии рыбалки. Протокол 2018 года я направила агентству «В окияне—море» (есть в редакции – прим. «В окияне-море»).

Настоящая суть протокола том, что за пару-тройку дней до закрытия путины начинается перекидывание квот с участка на участок, с одной подзоны на другую.

Дело в том, что установленные перед путиной объёмы добычи никогда не распределяются полностью. Всегда оставляют резерв – с лучшими намерениями, чтобы добавить тем, кто быстро выберет свою квоту и готов ловить ещё.

Но на практике резерв держат о самого конца путины. Под занавес из резерва образуют квоты.  Их, кстати, никогда не  добавляют общинам коренных малочисленных народов Севера!

За считаные часы до окончания путины они распределяются по нужным организациям,  хотя по количеству выделенных тонн эти квоты физически не возможно успеть обловить. В 2018 году за 72 часа до наступления запрета на дальнейший лов была выделена дополнительная квота объёмом в 6.141 тонну. Это не ошибка в тексте, повторяю: шесть тысяч сто сорок одна тонна!

Зачем же нужны такие квоты?  

Затем, что они покрывают преступление – уже выловленную нелегально рыбу. Уже проданную нелегально икру. Уже поделённый нелегальный доход между чиновниками и рыбопромышленниками. Шесть тысяч сто сорок одна тонна тонна за трое суток до окончания путины – это факт легализации браконьерства или же предоставление официальных документов к выловленному перелову ВБР рыбодобывающих предприятий. Что, в принципе, одно и тоже! 

В заключение позволю себе лирическое отступление от общей нашей российской проблемы в сторону печалей коренных народов Камчатки. Официально нас называют коренными малочисленными народами Севера, Сибири и Дальнего Востока (КМНС).

Неотъемлемой частью жизни коренных народов в течение последних 100 лет стал вылов морских видов рыб с применением промысловых судов и современных орудий лова. Считаю необходимым отметить, что почти все современные орудия лова есть не что иное, как производные от традиционных орудий лова коренных народов, чья жизнь была неразрывно связана с рыболовством. Это подтверждается архивными историческими документами и заключениями научных организаций.

Ради развития – и наших народов, и нашего региона – нужно решить  вопрос о внесении изменений в Правила рыболовства по Дальневосточному рыбохозяйственному бассейну для осуществления традиционной хозяйственной деятельности коренных малочисленных народов. На нас, родившихся и живущих на исконно своей земле, можно смело опереться в развитии всего Дальнего Востока. Мы-то отсюда никуда не денемся. Не сбежим на материк и не вернёмся в Китай.

Считаю, что существует необходимость в выделении из общего объёма ВБР, рекомендованных научной организацией для вылова в зоне прибрежного рыболовства во всех промысловых подзонах Камчатского края всех видов рыб и крабов, доли квот, объёмом не менее 20% для осуществления традиционного рыболовства. 

Обосновать моё предложение просто. Рыбопромышленные предприятия так и не смогли или так и не захотели перевести перерабатывающие заводы на круглогодичный цикл работ.  Мы все просто обязаны вмешаться в этот процесс. Коммерческие организации с неохотой вкладывают собственные средства в развитие заводов и инфраструктуры поселений. Не надо быть великим экономистом для того чтобы посчитать выгоду для территорий Камчатского края от наших предложений. Можно посчитать на пальцах, не прибегая к помощи калькулятора.

Например: две организации, одна из которых коммерческая а вторая некоммерческая (община КМНС) получили условную чистую прибыль в размере один миллиард рублей. Коммерческая организация выплатит в качестве подоходного налога 130 млн. рублей, а оставшуюся часть прибыли, 870 миллионов рублей, хозяин предприятия расходует по собственному усмотрению – например, выводит на зарубежные счета. Что, очевидно, чаще всего и практикуется.

А некоммерческая организация (община КМНС) после выплаты подоходного налога обязана по закону вложить полученную прибыль в виды деятельности, прописанные в уставе общины. Наборы этих видов немного отличаются у разных организаций, и зависит это от основного направления деятельности общины. Но главное – что все деньги, оставшиеся после уплаты налогов, будут неизбежно вложены в развитие общины. Второе главное: все деньги останутся на территории Камчатского края. При наличии средств община сможет самостоятельно участвовать в федеральных и региональных программах, софинансировать эти программы и естественно развивать территорию.

И ещё: общины, в отличие от коммерческих организаций, в первую очередь, заинтересованы в выпуске продукции более глубокой переработки с высокой добавленной стоимостью. Причина такой старательности проста: на перерабатывающих заводах будут работать члены семьи учредителей и членов общин.

Так почему же на нас не опереться? 

Но уже 20 лет коренные народы ждут демократических преобразований на Камчатке. А что сделано за это время для улучшения жизни КМНС?.. Почти ничего.

Нет закона о территориях традиционного природопользования. Нет закона о северном оленеводстве. Закон о рыболовстве и сохранении водных биоресурсов справедливо назвать сплошным недоразумением.

Без нормальных законов не может быть и достойной жизни. И всё это потому, что кто-то самостоятельно взял на себя ответственность за судьбу малочисленных народов. По этой причине происходит постоянная дискриминация не только коренных народов, но и их общественных организаций, и хозяйствующих объединений. Действует унижающая человеческое достоинство схема. Это когда гоняют по замкнутому кругу без всякой надежды на решение вопроса.

Вернёмся, однако, к нашим лососям.

Самое обидное во всей этой истории, что прошло десять месяцев от прошлогодней антилососёвой путины на Камчатке, а нормальные выводы из случившегося так и не сделаны. Убрали с должности министра рыбного хозяйства региона и на этом успокоились.

Значит, в этом году будет то же самое. Да, в меньших масштабах: год-то нелососёвый.

Надеемся: те посетители сайта «В окияне-море», кто прочитал этот текст до конца, возможно, согласится с нами и поддержит нас.

И лучше всего это сделать тут, в регионе, на воздушке, а не сидя в креслах в Москве. 

 

Председатель Камчатского краевого союза 
родовых семейных рыболовецких общин 
КМНС «Кизвизвэчъ»
Яна Ермилина. 

 




Добавление комментариев:
Имя
Текст
Ввведите ответ на контрольный вопрос в синем поле:
В синее поле введите "2015" без кавычек.


Материалы рубрики
Государственные инспекторы службы охраны природного парка «Вулканы Камчатки» задержали семерых браконьеров. Ими оказались ранее судимые неработающие жители города Елизово.
О трагедии с шестилетним мальчиком из России сообщает сегодня Associated Press со ссылкой на власти штата Массачусетс (Massachusetts).
Это танкер «Проспект Королева», один из серии «зелёных» судов крупнейшего российского морского перевозчика нефти и нефтепродуктов.
Бесплатная скоростная трасса скоро может связать Крымский мост и Краснодар. Предполагаемое строительство активно обсуждают Минтранс, Росавтодор и госкомпания «Автодор», сообщили «Ведомости».
Объём ненаблюдаемой экономики России (теневое и неформальное производство) составил 12,7% ВВП в 2017 году, сообщил РБК со ссылкой на данные Росстата. Самая высокая доля неучтённой экономики – в сфере операций с недвижимостью.
121304 г.Москва, ул.Большая Бронная, д.23, стр.1. Телефон: + 7 (495) 972-30-40; факс: + 7 (495) 972-31-41; +7 926 378-28-38;e-mail: vs@publicsea.ru
Свидетельство о регистрации средства массовой информации ИА № ФС77-41692 от 30 августа 2010 г.
Выдано Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций (Роскомнадзор).